Владимир Трифонов - Кронштадт - Таллин - Ленинград (Война на Балтике в июле 1941 - августе 1942 годов)

20 января. Вторник.

Очень не хотелось вставать. Хотелось часа два еще поспать. Чувствую себя каким-то разбитым, усталым, ничего не могу делать, все валится из рук.

С 7.20 до 8.20 занятия по материальной части - полуавтоматика орудия. Я ее теперь знаю довольно хорошо.

С 8.30 аврал - угольная погрузка. Чувствую, что не могу работать, а что я могу сказать? Хотел пойти постирать, но тоже что-то не хочется. Взял нитки и пошел в ванную зашивать носки и пробыл там до 12. Слышал, как меня искали Панов и Суворов. Пошел к комиссару Громову поговорить на счет моей семьи. Рассказал ему об их трудностях. Военком написал письмо и велел мне отнести его перепечатать писарю, а потом отдать ему.

Только появился в кубрике, все не меня набросились с вопросами: "Где прятался? Где был с 9 часов? Почему не работал?" Чтобы отвязались сказал, что был у военкома. "Все время?" "Да, говорю, все время". Попов сразу же побежал к военкому проверить. Вернулся и объявил, что, конечно, я наврал, и сел тот час же писать на меня рапорт.

Самое неудобное для меня - это идти снова к комиссару. Как я покажусь ему на глаза? Обед, ясно, мне неполный. Суп опять из сухой свеклы - 3 столовых ложки, но зато попались 5 кусочков мяса. Это редко бывает. На второе жидкая пшенная каша и всего 3 ложки. Сначала я решил оставить на ужин кусок хлеба с маслом, но потом не удержался и съел все. Все 200 г хлеба и 30 г масла. Каша и так жидкая, да еще с маслом, так легко проскочила через горло, что я и не заметил. Я теперь решил делать так: на ужин хлеб не оставлять. Утром съедать грамм 15-20 масла и 75-100 г хлеба, в обед - 15-20 г масла и весь хлеб, а если дадут хлеб вечером, то оставлять его на утро. Масло и сахар хочу прикапливать.

Сел писать домой письмо, но не успел закончить, явился лейтенант: "Чем занимаетесь? Сейчас же на орудие!". Пошел с щеткой к пушке сметать с нее снег. Вышел на палубу Фахрутдинов: "Тебя зовет лейтенант". Спустился в каюту к лейтенанту. "Почему не были на работе?" "Не хотел работать". "Где были все это время?" "В бане". "Почему не были на малой приборке?" "Сидел в бане". Отругал меня, посрамил, предупредил, дал 5 нарядов и отпустил. Конечно, не особенно приятно. Больше всего я боюсь не нарядов, а взысканий по комсомольской линии. Ведь и так чуть не вышибли. Пошел снова сметать снег.

Часов с 16-ти больше получаса немцы били по Васильевскому острову. Снаряды выли высоко над нами. Через полчаса снова обстрел, но уже поближе к нам - по району Балтийского завода и севернее завода Марти. Минут через 20 немцев заткнули наши батареи.

Сегодня я заступаю к трапу в первую смену. Надо хорошенько поужинать. На ужин суп с гречкой - 4 столовых ложки и с грибами - 4 куска гриба, что тоже редко бывает. В компоте 3 почти целых ягоды - тоже редкость. На вахте стоять холодновато даже лицу - ветер холодный и не поймешь, с какой стороны дует.

Получил письмо от Алика, написанное 1 января. Почему-то оно шло 20 дней, а мамино 10, хотя отправлены одновременно.

Вечером дали по 100 г хлеба и 90 г сахара на 3 дня, т.е. по 23-е включительно. Весь хлеб и граммов 25 сахару съел сразу, а остальной убрал. Открыл рундук и увидел, что исчезла одна пачка "Ракеты" и тот сахар, что я прикопил. Кто же это мог украсть? Вот сволочь!

Сегодня Александров привез 3 мешка пшена - 170 кг, килограммов 7-8 сухой свеклы, 25 кг масла, мешок сухарей. Живем! На 4 дня еще обеспечены маслом и дня на 3 борщом. Когда открыли ящик с маслом, то оказалось, что угол у масла срезан. Не хватает 900 г. Александров говорит, что он увидел это еще в порту и хотел составить акт, или чтобы исправили в накладной, но ему сказали, что у них все ящики такие. Может, это он сам и сделал, не знаю. Но простоять с 2-х часов ночи до ужина и получить по расходу половину миски супа и ложку каши не особенно приятно. Думаю, что всякий на его месте сделал бы то же самое. Кому охота мерзнуть всю ночь и за это получить 150 г хлеба. Если он ездит, значит, есть ему выгода. Вон Ширяев - старший 1 статьи, по боевому расписанию - командир арт. погреба, а в повседневной жизни кладовщик продсклада. Но он добывать продукты не ходит, т.к. сыт и на корабле. Зачем ему мерзнуть ночами в порту? Ну, а из нас каждый рад бы пойти в порт.

Всего масла привезли 50 кг, это на 8 дней. 3 раза мы уже получали, значит, остального хватит по 25-ое включительно, а там, может быть, еще добудут. Александров хотел сегодня снова идти в порт, но его назначили дежурным по низам. Пусть он немного таскает сухари, масло, но зато мы едим все, что нам сейчас положено. А от ширяевых и сидорчуков мало толку.

На прошлой неделе троих направили в военно-морской госпиталь: старший 1 старший Топчий, ком. отделения Ипполитов и к/ф Миктеук, а двоих главстаршину Маврина и к/ф Молчанова в ЛФЭ, как негодных к несению строевой службы, по заключению из госпиталя.

Сегодня же объявили, что на командира БЧ-2 Линича возложена подготовка корабля к химзащите, дегазации и вся ответственность за химическое имущество.

А мы думаем, что за все это должен отвечать помощник командира пли старпом.

21 января. Среда.

После вахты с часу до трех ночи спал что-то плохо и проснулся в половине шестого. До 7 часов выпил полторы кружки чая со 100 г хлеба и 20 г масла. На верху довольно холодно - минус 25° по С. После вахты на занятия можно не ходить, и я остался в кубрике читать.

Около 11 часов 20 минут обстрел Васильевского острова.

Обед был сегодня очень хороший. А почему? Потому, что на камбуз не успели привести воды, и поэтому суп вышел гуще, но без добавок, а каша круче. Свекла тоже вышла получше - краснее. Гущи досталось 5 полных столовых ложек и 3 куска грибов, каши тоже 5 ложек и 4 кусочка мяса. Положил в кашу 10 г масла, и вышло очень хорошо. Хлеб съел весь. Если бы нас все время так кормили, то мы так бы не ослабли и нам такой порции бы хватало, а сейчас, чтобы нас накормить, надо давать минимум по две таких порции. Вообще-то слабость чувствуется здорово: если раньше по всем трапам и вниз и вверх только бегом, то сейчас, даже поднимаясь на верхнюю палубу просто шагом, чувствуешь одышку. Кроме отечности и опухания, многих беспокоят чирьи и карбункулы. У меня, почему-то они полюбили шею. На ночь обязательно бинтую, намазав их какой-то мазью, что дает наш доктор.

После вахты постирал, дочитал "Новь". На обед получили на 5 человек 6 порций, т.к. дежурит по камбузу Попов. Он говорит, что на ужин будет борщ еще лучше. Но, оказалось, что пожиже, только 4 ложки, грибов больше - 4 шт. И кусочек мяса. С мясом что-то плохо. Дали на камбуз 9 кг, а его мы почти не видим. Еще раньше из Порта привезли 25 кг жирного прессованного мяса. Его посолили и положили в бочку. А сейчас мы едим все ту же тощую телку.

Около 17 часов, уже в темноте где-то поблизости грохот разрывов снарядов. Прислушались - на территории завода южнее нас. Давненько не бил по нашему району. Вот и напомнил о своем существовании. Снаряда 3-4 разорвались на льду ковша у нас по корме, но далеко - метрах в 50-100. Била, похоже, одна батарея не менее получаса. Темно, пасмурно, и нашим, очевидно, быстро не удалось ее засечь.